Тряска на костях: ужасы и красоты трассы «Колыма»

Пожалуй, одна из самых запоминающихся командировок за мою журналистскую деятельность. А состоялась она благодаря невероятной авантюре, которую задумала и тщательно спланировала команда телевизионной производственной компании LAV Productions при поддержке Русского географического общества и фирмы Skoda. Цель — побить рекорд Гиннесса в номинации «Самый протяженный незакольцованный маршрут в границах одной страны». В первоначальном варианте участники должны были проехать 35 000 км, превзойдя, таким образом, достижение китайских путешественников. Но пока готовились, пальму первенства захватили индийцы, перекрывшие это расстояние на пару тысяч километров. И маршрут пришлось удлинять.

Автомарафон «Сокровенная Россия» стартовал в городе Никель, на границе Мурманской области с Норвегией. Участникам на автомобилях Skoda Yeti предстояло пересечь нашу страну с запада на восток, через восемь часовых поясов и 61 регион. К последнему этапу — от Якутска до Магадана — мне и посчастливилось присоединиться.

От Сахи

Трасса «Колыма» начинается не в Якутске, а на противоположном берегу Лены, в поселке Нижний Бестях. В теплое время года сюда из столицы Республики Саха (Якутия) ходит паром, зимой намораживают зимник. В межсезонье, пока не прекратится ледоход, автомобильное сообщение прерывается, и близлежащие населенные пункты оказываются отрезанными от большого города. Уже давно существует проект 19‑километрового моста через Лену. Поговаривают, что даже деньги на его строительство в бюджет закладывали… Но случился Крым — и все силы и средства бросили на строительство другого моста.

Поселок Хандыга носит имя реки. Название символическое: с якутского это слово переводится как «кровь бьет». В память о жертвах ГУЛАГа местные жители установили деревянный крест, опоясанный колючей проволокой.Поселок Хандыга носит имя реки. Название символическое: с якутского это слово переводится как «кровь бьет». В память о жертвах ГУЛАГа местные жители установили деревянный крест, опоясанный колючей проволокой.

Через несколько десятков километров после переправы асфальт заканчивается. И появится он уже только перед Магаданом. Две тысячи километров трассы «Колыма» — это грейдер, укатанная смесь щебня и глины с песком. Причем на протяжении всей дороги покрытие меняется от идеального — близкого к асфальту, на котором можно смело идти под сотню, - до непроходимого, где скорость падает до пешеходной, а Yeti, несмотря на 180 мм дорожного просвета, начинают жалобно скрести днищем.

Поселок Ытык-Кюёль — административный центр Таттинского улуса (района) Якутии. Один из динамично развивающихся населенных пунктов на трассе. Дороги в центре — с твердым покрытием, кое-где даже установлены светофоры.Поселок Ытык-Кюёль — административный центр Таттинского улуса (района) Якутии. Один из динамично развивающихся населенных пунктов на трассе. Дороги в центре — с твердым покрытием, кое-где даже установлены светофоры.

Материалы по теме


На полноприводных «Соболях» по трассе «Лена»: заговор шамана

Ужасно! И дело не в состоянии дороги. Наоборот, надо отдать должное местным дорожникам. При скромных средствах, которые выделяет федеральный бюджет на содержание этой трассы, и в сверхсуровых климатических условиях они ухитряются поддерживать дорогу в проезжем, рабочем состоянии, а на все катаклизмы реагируют с космической быстротой. Не по себе становится от другой мысли — что едешь… по человеческим костям. К черту образы — в буквальном смысле! Когда в тридцатые годы прошлого века силами заключенных прокладывали Колымский тракт, людей тысячами закапывали в насыпь. Закапывали их же товарищи по кайлу и лопате. Закапывали, чтобы остаться в живых. Ведь за неучтенного умершего продолжали выдавать пайку, которая позволяла выжить тем, кто еще продолжал бороться за жизнь.

Стоп! На одной из машин пробито колесо. Поначалу даже в радость — можно отвлечься от тяжких мыслей и размяться. Но когда на ста километрах вынужденный пит-стоп случается трижды, такая развлекуха быстро перестает доставлять удовольствие. Тем более что в число тех, кто тормозил караван, попал и я, причем дважды. Недаром многие частные перевозчики активизируются, когда ложится снег: он и неровности сглаживает, и летающие камни стреноживает.

Острые камни, угрожающие шинам, не единственная трудность для покорителей Колымы. Куда неприятнее пыль, которую поднимает идущий впереди автомобиль. В этом шлейфе видишь в лучшем случае на несколько десятков метров вперед. Такая езда выматывает. Пару сотен этих кошмарных километров я с удовольствием променял бы на тысячу по обычному асфальту.

Через реки, горы и долины

Еще одна водная преграда на пути — Алдан. Это правый приток Лены, и в том месте, где устроена паромная переправа, эта река тоже довольно широкая. Когда тут появится мост, неизвестно. А ведь эта федеральная трасса — единственная ниточка, которая связывает два крупных города и является фактически дорогой жизни для немногочисленных, но все-таки населенных пунктов между ними.

Трассу «Колыма» в последние годы активно реконструируют. Наиболее опасные участки перестроили, расширили, установили знаки и отбойники. Кроме того, ввели в строй несколько новых мостов.Трассу «Колыма» в последние годы активно реконструируют. Наиболее опасные участки перестроили, расширили, установили знаки и отбойники. Кроме того, ввели в строй несколько новых мостов.

Таких, например, как Хандыга, где наша группа останавливалась на один из ночлегов. Не ждите красочного описания этого поселка, основанного в конце тридцатых годов прошлого века как лагерный пункт для нужд большой стройки. В день нашего приезда тут праздновали День города, и нам настоятельно рекомендовали не совершать вечерний променад. Поэтому мои впечатления ограничились маленькой комнатой жилой квартиры (о гостинице даже разговор не шел), где мы ночевали втроем с коллегами. В голове всплыли детские воспоминания о том, как мы ютились на девяти метрах в коммуналке. Вернулся в прошлое.

Памятник экипажу разбившегося бомбардировщика А‑20 Бостон. ­Эти самолеты поставляли нам по ленд-лизу, а перегоняли их с Аляски советские летчики. А этот бомбардировщик был одним из полусотни самолетов, которые не долетели до точек базирования. За годы войны Америка передала СССР 4800 таких самолетов.Памятник экипажу разбившегося бомбардировщика А‑20 Бостон. ­Эти самолеты поставляли нам по ленд-лизу, а перегоняли их с Аляски советские летчики. А этот бомбардировщик был одним из полусотни самолетов, которые не долетели до точек базирования. За годы войны Америка передала СССР 4800 таких самолетов.

В 70 километрах от Хандыги расположен поселок Теплый Ключ. В нем находится аэродром, который использовали во время войны в качестве перевалочной базы для перегона американских бомбардировщиков, поставлявшихся по ленд-лизу, с Аляски к месту боевых действий. Долгое время аэродром не работал, но недавно отсюда стали летать пассажирские самолеты. Из-за отсутствия конкуренции билеты дорогие — полет до Якутска, на расстояние меньше 500 км, обойдется в 8000 рублей. А не так давно просили в полтора раза больше.

Заброшенный прииск имени 25 лет Октября, рядом один из поселков‑призраков. Несколько лет назад, когда прииск признали нерентабельным, жители стали переселяться в другие поселки и города. Остались несколько отмороженных старателей. Они собрали из уцелевших запчастей бульдозер и продолжают поиски в надежде встретить крупный самородок.Заброшенный прииск имени 25 лет Октября, рядом один из поселков‑призраков. Несколько лет назад, когда прииск признали нерентабельным, жители стали переселяться в другие поселки и города. Остались несколько отмороженных старателей. Они собрали из уцелевших запчастей бульдозер и продолжают поиски в надежде встретить крупный самородок.

Материалы по теме


Глава Росавтодора рассказал, почему дороги в России такие дорогие

За Теплым Ключом заливные луга сменились пейзажами Верхоянского хребта. Эта горная цепь простирается по Якутии на 1200 км и состоит из десятков хребтов, из которых иные выше 2000 метров. Путь через горы начинается с перевала Заячья Петля. Пожалуй, одно из самых красивых мест на земле. А чуть дальше расположены два самых опасных места на этой трассе — Желтый и Черный прижимы. Это участки трассы, вырубленные в скале на высоте 120 метров над рекой Восточная Хандыга. И вырублены они кирками заключенных, без применения техники. Дорога здесь чрезвычайно узкая — не шире четырех метров, а этого недостаточно для разъезда двух автомобилей. С одной стороны — гора, с другой — пропасть. Разминуться со встречным можно, лишь сдав назад до ближайшего кармана. Кроме того, из-за сходов грунтовых вод и гололеда машины нередко соскальзывали в пропасть. Видимо, местная аура настолько привыкла к постоянным смертям, которыми она питалась во время строительства трассы, что жаждала новых и новых жертвоприношений.

Трассу часто размывает, но дорожники быстро восстанавливают разрушенные природой участки. В 2013 году паводок уничтожил 109 км дороги между Ытык-Кюёлем и Хандыгой. На две недели автомобильное движение прекратилось.Трассу часто размывает, но дорожники быстро восстанавливают разрушенные природой участки. В 2013 году паводок уничтожил 109 км дороги между Ытык-Кюёлем и Хандыгой. На две недели автомобильное движение прекратилось.

Впрочем, опасными прижимы остались в прошлом веке — уже в 2000‑е годы эти участки расширили. На всем их протяжении легко разъезжаются два грузовика, установлены отбойники и новые знаки. А мы так и вовсе ехали по уже реконструированному участку — одному из наиболее комфортных и безопасных на трассе «Колыма».

Прогноз погоды

«Колыма» — трасса, на которой время прибытия в заданную точку нельзя рассчитать с точностью до часа. Нам повезло, что не выбились из графика, хотя предпосылки к этому были. Могли зависнуть на день в поселке Усть-Нера, примерно посередине между Якутском и Магаданом. В 300 километрах от него размыло трассу, и в сторону поселка не могли пройти бензовозы. Поэтому бензин на заправках отпускали строго по 20 литров на машину — а с таким запасом отправляться в путь опасно.

«Колыма» не только самая трудная и опасная федеральная трасса, но еще и самая красивая. Таких фантастических пейзажей, от которых невозможно оторвать взгляд, нет, пожалуй, нигде.«Колыма» не только самая трудная и опасная федеральная трасса, но еще и самая красивая. Таких фантастических пейзажей, от которых невозможно оторвать взгляд, нет, пожалуй, нигде.

Спасибо местным — выручили. И мы, пускай и с двухчасовым опозданием, двинулись дальше. Если не брать в расчет этот коллапс, с топливом на всем протяжении трассы особого дефицита нет. Заправки, конечно, находятся на приличном отдалении друг от друга — между некоторыми по нескольку сотен километров. Удобных раздаточных колонок и придорожных магазинчиков, как на других федеральных трассах, не ждите. Цены на бензин ненамного выше средних по стране: за литр АИ‑95 просят от 45 до 55 рублей.

В дождь ехать лучше: нет пылевой завесы. Правда, из-под колес начинает лететь грязь — через час-два езды машины становятся однотонными. Даже стоп-сигналов не видно. Приходится останавливаться, чтобы помыть стекла и светотехнику. Но вести машину в таких условиях все равно намного комфортнее.

Сусуман — поселок золотодобытчиков, получивший в пятидесятые годы статус города. C 1981 года тут действует уникальная Северная испытательная станция автомобильной техники. И сегодня она располагает всем необходимым для испытаний и доводки автомобилей в условиях Крайнего Севера.Сусуман — поселок золотодобытчиков, получивший в пятидесятые годы статус города. C 1981 года тут действует уникальная Северная испытательная станция автомобильной техники. И сегодня она располагает всем необходимым для испытаний и доводки автомобилей в условиях Крайнего Севера.

Материалы по теме


Гоним Land Rover Discovery на Колыму

В эдакой «защитной раскраске» мы прибыли в Сусуман, расположенный на берегу реки Берелёх (бассейн Колымы). В тридцатые годы тут в местных реках обнаружили рассыпное золото, а в 1937‑м силами заключенных ГУЛАГа началось активное строительство поселка. Сейчас тут проживает около 5000 человек, и численность населения постоянно уменьшается. Берелёхский микрорайон на окраине Сусумана почти полностью вымер — жилыми остались всего несколько домов.

Пока коллеги увлеклись съемкой построек с зияющими глазницами окон, я забежал в местный магазин. Разговорился с продавщицей. Она оказалась преподавателем химии. В 2004-м за несколько дней до начала учебного года поступило распоряжение местных властей о закрытии школы. Детишек перевели в другую — в центре Сусумана, а преподавательский состав распустили. Кто-то уехал на материк, кто-то нашел другую работу… На прощание она угостила меня местными тепличными огурцами. Вкусные!

Первые полтыщи километров трассы — равнинный участок. Тут встречаются типичные якутские скотоводческие поселки. Основной домашний скот — местные коровы и лошади.Первые полтыщи километров трассы — равнинный участок. Тут встречаются типичные якутские скотоводческие поселки. Основной домашний скот — местные коровы и лошади.

Берелёх не единственный мертвый город на трассе «Колыма». За последние годы их число увеличилось. Люди уезжают в поисках лучшей жизни, а строения остаются на растерзание местным ветрам и морозам. Кстати, один из наиболее известных на трассе городов‑призраков — Кадыкчан. Он возник в годы войны как рабочий поселок при предприятии по добыче угля. Шахту и жилые строения, естественно, возводили заключенные, в рядах которых был писатель Варлам Шаламов.

На подъезде к Магадану становится необъяснимо грустно. Хочется развернуться и проехать еще раз всю трассу. И не только потому, что многие интересные объекты остались неохваченными. Колыма обладает аномальной притягательной силой. Побывав в этих местах, обязательно сюда вернешься. Причем по собственной воле.

Фото: Максим Сачков и Skoda

Тряска на костях: ужасы и красоты трассы «Колыма»Тряска на костях: ужасы и красоты трассы «Колыма»
Источник

Понравилась статья? Поделись с друзьями в соц.сетях!
Этот блог уже читают 4756 человек. Читай и ты!
Вам так же будет интересно:

  • ;-)
  • :|
  • :x
  • :twisted:
  • :smile:
  • :shock:
  • :sad:
  • :roll:
  • :razz:
  • :oops:
  • :o
  • :mrgreen:
  • :lol:
  • :idea:
  • :grin:
  • :evil:
  • :cry:
  • :cool:
  • :arrow:
  • :???: